Цифровизация малых закупок: состояние и перспективы

																					

Законодательный тренд на развитие инструментария определения поставщика (подрядчика, исполнителя), ставший одним из лейтмотивом совершенствования контрактной системы, в 2026 г. затронул и закупки малого и среднего объема. Применима ли к таким закупкам функциональность цифровой среды? И как цифровая среда преображает саму суть малых закупок?

Развитие способов закупки достигается не только путем сокращения сроков проведения процедур. Этот путь имеет очевидные ограничения эффективного применения: например, контрпродуктивно чрезмерное сокращение сроков рассмотрения заявок на участие в закупках, поскольку в условиях недостатка времени закупочная комиссия может просто не успеть провести работу по оценке соответствия предлагаемой продукции требованиям извещения о закупке.

Механизмы автоматизации рутинных процессов в цифровой среде способы помочь заказчику как с соблюдением сроков, так и с соблюдением качества прохождения закупочных процедур. Но и потенциал автоматизации не безграничен: например, при наличии запретов или ограничений электронная торговая площадка может «подтянуть» сведения той реестровой записи РРПП, номер которой указан участником закупки, но она не сможет оценить то, насколько этот номер может быть принят в качестве подтверждения российского происхождения продукции. Ответ на данный вопрос остается исключительной прерогативой комиссии заказчика. И особенно значимым он становится тогда, когда подтверждающая реестровая запись содержит описание товара, лишь отчасти соответствующего требованиям закупочной документации…

Однако наряду с сокращением сроков и автоматизацией классических конкурентных процедур огромный потенциал для развития инструментария контрактной системы имеют т. н. малые закупки. Традиционно такие закупки воспринимались как некая серая зона, вхождение в которую — это неизбежный компромисс между совершенством электронного аукциона и несовершенством суровой реальности. Однако практика показывает, что при внедрении надлежащих регуляторных, организационных и функциональных механизмов даже такие закупки могут стать не издержками контрактной системы, а методом повышения ее эффективности.

Малые и средние закупки

Сегодня очевидно, что эффективность отдельной государственной или муниципальной закупки, равно как и эффективность контрактной системы в целом, невозможно оценивать лишь как разницу между начальной (максимальной) ценой и ценой контракта. Все чаще, и вполне обоснованно, в качестве целей функционирования контрактной системы озвучивается развитие национальной экономики. Иными словами, оплата по государственным и муниципальным контрактам рассматривается как важная, если не центральная компонента инвестиций в развитие отечественных производств в целом и в развитие малого и среднего предпринимательства в частности.

Для решения этой задачи отходит на второй план даже задача расширения конкуренции за государственный и муниципальный подряд: именно таков, например, регуляторный механизм ПП РФ № 1875. И сложно не согласиться с подобной приоритизацией. Важно лишь подчеркнуть: развитие российских производств не означает полного отказа от конкуренции, оно лишь является более приоритетной задачей по сравнению с увеличением числа участников закупки.

На практике инвестиции в малый и средний бизнес по большей части становятся результатами закупок малого и среднего объема. Деление это весьма условно, но, ориентируясь на ценовые пороги контрактной системы, к закупкам среднего объема можно отнести закупки с начальной ценой не более 10 млн руб., а к малым закупкам — всем известные закупки у единственного поставщика на сумму до 600 тыс. руб.

Обе категории закупок в 2026 г. получили законодательный импульс для развития. Электронный запрос котировок, предназначенный как раз для закупок среднего объема, теперь не ограничен годовыми лимитами: если каждая закупка заказчика укладывается в рамки 10 млн руб., то все свои закупки он может проводить именно посредством запроса котировок, что и проще, и быстрее в сравнении с классической процедурой электронного аукциона. А малые закупки на сумму до 600 тыс. руб. заказчики могут проводить без опасения получить обвинения в дроблении закупки.

Значение этой нормы сложно переоценить. Ведь, с одной стороны, ясного запрета на т. н. дробление в законодательстве о контрактной системе не было и раньше. Но при этом всякая попытка провести две закупки одной и той же (или просто похожей) продукции в порядке п. 1 ч. 4 ст. 94 Закона № 44-ФЗ означала для заказчика риск получить обвинение в искусственном разделении потребности с целью ухода от конкурентных процедур. Теперь же новая норма ч. 15 ст. 93 прямо разрешает заказчику проводить несколько закупок однородных или даже идентичных товаров (работ, услуг) у единственного поставщика.

Справедливости ради, стоит подчеркнуть: пока невозможно спрогнозировать, позволит ли эта норма исключить обвинения в дроблении или же заказчику придется доказывать свое право воспользоваться ч. 15 ст. 93, объясняя контролерам, что две закупки однородной продукции были обусловлены двумя разными потребностями, а вовсе не желанием во что бы то ни стало обойтись без электронного аукциона. Но все же хочется надеяться, что в 2026 г. подобных обвинений в адрес добросовестных заказчиков станет меньше.

И если так, то пространство малых и средних закупок у субъектов малого и среднего предпринимательства получит долгожданный потенциал для расширения. Вот только инструментарий реализации этого потенциала лежит за пределами всем известного и давно зарекомендовавшего себя электронного аукциона. И если процедура запроса котировок уже известна опытному заказчику, то возможности т. н. закупки у единственного поставщика еще только предстоит раскрыть.

Дело в том, что сегодня этим термином в контрактной системе охватывается очень широкий круг понятий — от приобретения товара буквально в первом попавшемся магазине (или у давно знакомого поставщика) до выбора контрагента по итогам де-факто конкурентной процедуры. Причем и в первом, и во втором случае речь может идти именно об эффективной закупке. Например, при закупке запчастей для предотвращения аварии скорость куда важнее конкуренции. А при закупке малого объема сами неизбежные издержки на проведение конкурентной процедуры могут в относительном выражении оказаться столь значительными, что «прямая закупка» окажется дешевле для бюджета.

В коммерческой практике сегодня существует целый спектр инструментов неформализованного выбора победителя. Иногда такой выбор и в самом деле не предполагает конкуренции за подряд: например, поставка продукции выполняется во исполнение рамочного договора или в условиях де-факто монопольного предложения. Но чаще речь все же идет именно о выборе среди нескольких потенциальных предложений. И для того, чтобы получить эти предложения, а после выбрать из них лучшее, не первый год используются давно апробированные цифровые инструменты.

Спектр этих инструментов широк: это могут быть закупки на электронной витрине товаров, это могут быть быстрые состязательные закупки, это могут быть корпоративные электронные магазины и т. п. Даже терминологически коммерческие заказчики нередко разделяют «закупку», проведенную по итогам классической конкурентной процедуры, и «покупку» продукции малого объема по итогам блиц-инструментов.

Контрактная система развивается естественным путем, т. е. путем исследования практики коммерческих закупок и внедрения лучших инструментов, апробированных в коммерческом секторе, в практику государственных и муниципальных закупок. Ситуация с формализованным выбором победителя не стала исключением. Сегодня на разных этапах внедрения находится несколько вариантов цифровизации малой электронной закупки. Главное достоинство каждого из этих вариантов — скорость приобретения продукции. Но при этом каждый из них может стать инструментом не просто быстрого, но и прозрачного выбора поставщика. А для самого поставщика такие закупки при должной реализации могут стать гарантированным рынком сбыта при минимальных организационных издержках, что сегодня так важно для малого и среднего бизнеса.

Автоматическое сопоставление предварительных предложений

В России массовое развитие цифровых сервисов тех закупок, которые можно условно отнести к закупкам у единственного поставщика, началось не с самого простого инструмента: сегодня самым известным примером таких закупок является т. н. закупка с полки.

Речь идет о закупке в порядке ч. 12 ст. 93 Закона № 44-ФЗ. По своим масштабам она ближе к запросу котировок, а не к малой закупке у единственного поставщика, ведь в порядке ч. 12 допускается приобретение продукции на миллионы рублей. Да и сама процедура базируется на прозрачном сравнении независимых предложений поставщиков, что де-факто ставит конкуренцию во главу угла при определении победителя такой закупки. Пусть даже механизм реализации конкуренции и совсем не похож на классические конкурентные закупки контрактной системы, такие как электронный аукцион или электронный запрос котировок.

Как всем известно, основой закупки «с полки» является институт предварительных предложений. Проще говоря, заказчик выбирает среди тех предложений о поставке необходимой ему продукции, которые заранее были размещены поставщиками на электронной торговой площадке. Это позволяет сделать почти мгновенным сбор и сопоставление предложений: заказчик указывает в интерфейсе электронной площадки необходимые ему параметры продукции, алгоритмы электронной площадки проводят машинную обработку этих параметров и выдают подборку тех предварительных предложений, которые отвечают этим параметрам.

Причем это не просто подборка, а перечень предложений, ранжированных по очевидному критерию — по цене. По умолчанию заказчик обязан заключить договор с тем поставщиком, предварительное предложение которого отвечает требованиям, указанным заказчиком, и при этом имеет наименьшую цену. Фактически большую часть работы закупочной комиссии выполняет программно-аппаратный комплекс, что должно сводить к минимуму риск субъективизма при выборе поставщика.

Этот механизм потенциально и в самом деле может стать моделью подлинной, глубокой автоматизации закупки, при которой рутинные процессы, требующие значительных затрат времени и сил, именно за счет внедрения цифровых инструментов выполняются за несколько секунд и без потери эффективности. Однако реальность показывает и те риски, которые могут стать препятствием для реализации потенциала данного инструмента.

Прежде всего, закупка «с полки» не может работать без предварительных предложений поставщиков. А значит, заказчик может рассчитывать на результат закупки лишь тогда, когда поставщики заинтересованы в использовании данного инструмента. А поставщики имеют такую заинтересованность лишь тогда, когда видят в закупке «с полки» реальный рынок сбыта.

И в такой ситуации наиболее наглядно проявляется картина общего доверия поставщика к контрактной системе в целом. Особенно того поставщика, который является не перекупщиком дешевой и некачественной импортной продукции, а производителем продукции отечественной. Очевидно, что сегодня потенциал привлекательности контрактной системы для таких поставщиков далек от полноценной реализации. Поставщики все чаще видят в государственном контракте источник головной боли, а вовсе не прозрачный рынок сбыта с гарантированной оплатой. И потому зачастую не спешат публиковать свои предварительные предложения.

Это делает особенно актуальным пересмотр фундаментальных идеологических подходов функционирования контрактной системы как системы, ориентированной на интересы заказчика. В условиях экономической стабильности и стабильного же развития действительно может работать логика «был бы покупатель, а продавец найдется». Но в условиях турбулентности нивелирование законных хозяйственных интересов добросовестного продавца и возложение на него избыточных рисков и обязанностей с неизбежностью приводит к тому, что поставщики просто уходят с рынка. И их уход сказывается негативно уже на заказчиках.

Частным, но важным для механизма закупки «с полки» следствием этого ограничения является проблематика конфиденциальности предварительного предложения поставщика. На практике очень важно не путать сущность закупки «с полки» с электронной витриной. Если инструментарий электронной витрины подразумевает открытость предложений, адресованных неопределенному кругу покупателей, то в случае закупки «с полки» такая открытость приводит к возможности манипулирования итогами закупки со стороны недобросовестных участников рынка: ведь если ты знаешь цену конкурента, то достаточно указать свою цену на рубль ниже в день проведения нужной тебе закупки — и бесстрастный электронный алгоритм в этот день именно твое предложение автоматически определит в качестве лучшего.

Каталог конкретных товаров

Своеобразной переходной стадией между закупкой «с полки» и электронной витриной можно назвать каталоги, предназначенные для проведения малых закупок по правилам п. 4 и п. 5 ч. 1 ст. 93 Закона № 44-ФЗ. Результаты такой закупки оформляются как закупка у единственного поставщика. Но при этом, как ни парадоксально, определение этого единственного поставщика проходит на конкурентных началах.

Как это происходит?

Дело в том, что заказчик перед заключением контракта указывает свою потребность, объявляя ее потенциальным поставщикам. Отличие от обычного запроса котировок лишь в том, что на сбор предложений отводится не несколько дней, а несколько часов. Да и поставщику, в сущности, нужно указать лишь свое предложение о цене. С тем из их, кто предложил лучшую цену, и заключается контракт.

Как возможна такая скорость?

Проведение сбора предложений за несколько часов возможно за счет стандартизации описания закупаемой продукции. Да, от поставщиков не требуется составлять и заранее публиковать свое предварительное предложение. Но не требуется этого ровно потому, что описание потенциально необходимой заказчику продукции поставщикам и так известно. Это описание включено в каталог. И поставщики вместо публикации предварительных предложений лишь отмечают при подключении к системе те позиции каталога, которые они потенциально готовы поставить. Если конкретный запрос конкретного заказчика совпадает с позициями, отмеченными поставщиком, то поставщик мгновенно получает от электронной площадки уведомление о таком запросе. И если этот подряд интересен поставщику, то поставщик указывает лишь цену. Если же у него нет на складе продукции в достаточном объеме, если поставка требуется в отдаленный регион или если по какой-то другой причине такой контракт данному поставщику не интересен, то он просто не указывает цену и не участвует в этой закупке.

Таким образом, результат в виде контракта с единственным поставщиком становится результатом быстрой, простой, но при этом конкурентной закупки.

На этих подходах основан, в частности, Единый каталог конкретных товаров, эксперимент по наполнению которого проходит на рубеже 2025 и 2026 гг. В каталоге присутствуют карточки конкретных товаров с исчерпывающим описанием. И если поставщик готов хотя бы в некоторых регионах поставить товары, соответствующие этим описаниям, то он может участвовать в закупке по описанной выше схеме.

Как и в случае с закупкой «с полки», именно интерес поставщика к такой закупке является ключевым фактором успеха цифровизации. Чем больше потенциальных поставщиков подключатся к такой схеме, тем быстрее, эффективнее и, что немаловажно, конкурентнее будет заключение контракта с единственным поставщиком в электронной форме.

Электронная витрина

Исторически первым вариантом цифровизации закупки у единственного поставщика был не электронный каталог, а электронная витрина. В отличие от электронного каталога, на витрине представлены не просто карточки конкретных товаров, а карточки предложений о поставке конкретных товаров конкретным поставщиком.

Проще говоря, электронная витрина, предназначенная для государственных и муниципальных закупок в формате B2G, мало чем отличается от всем известных витрин электронных маркетов, предназначенных для индивидуальных покупок в формате B2C. Заказчик с помощью фильтра находит предварительные публичные предложения о поставке необходимого ему товара, сравнивает их по своему субъективному усмотрению, наполняет выбранными предложениями электронную «корзину» и делает заказ.

В сущности, такой заказ по своей правовой природе является акцептом той оферты поставщика, которая оформлена на витрине в виде карточки продукции. Ведь в случае с витриной эта карточка содержит все условия поставки, в т. ч. и цену. А значит, оформление государственного контракта сводится к тому, чтобы внести эти условия в форму контракта. Такая работа вполне может выполняться автоматизированно силами программно-аппаратного комплекса электронной торговой площадки.

Важно подчеркнуть: электронная витрина не является в полной мере альтернативой ни для малой закупки товаров, включенных в каталог, ни тем более для закупки «с полки». Дело в том, что области эффективного применения этих инструментов различаются. Закупка каталогизированной продукции может применяться лишь при приобретении товаров серийного производства со стандартизированным и унифицированным описанием. Для закупки «с полки» стандартизация описания, используемого в предварительном предложении, формально не является обязательной, но при этом крайне желательна. На витрине же может выставляться как серийный товар, так и нестандартный товар штучного производства, не имеющий серийного описания.

При этом все три варианта прохождения малой закупки в электронной среде отвечают на вопрос о том, почему именно данный конкретный поставщик стал контрагентом государственного заказчика при поставке данной конкретной продукции. Это качественно повышает транспарентность малой закупки даже несмотря на то, что по своей правовой природе она остается закупкой у единственного поставщика.

Именно по этой причине в практике коммерческих закупок успешно используются все три упомянутых варианта проведения малой закупки в электронной форме. Ведущие электронные площадки предоставляют аналогичные решения и для государственных заказчиков. При этом разграничение областей эффективного применения трех электронных инструментов не означает их регуляторного разграничения: ведь на практике при закупке в порядке п. 4 или п. 5 ч. 1 ст. 93 Закона № 44-ФЗ может потребоваться как каталогизированная продукция со стандартным описанием, так и нестандартные работы, при проведении которых нужно будет учесть индивидуальные требования заказчика. А значит, для проведения эффективной закупки заказчик должен иметь возможность даже при наличии одного и того же нормативного основания использовать, в зависимости от конкретной ситуации, и каталогизированную закупку с ценовым соревнованием поставщиком, и закупку на витрине без такого соревнования.

Но в случае с электронной витриной, при всех ее удобствах, зоной риска является не только низкая наполненность системы предложениями поставщиков. И не только неизбежный субъективизм заказчика при выборе поставщика. Одной из проблем использования витрины на практике становятся взаимные гарантии неизменности условий поставки. Проще говоря, заказчик должен быть уверен в том, что ему будет поставлена именно выбранная им продукция. А поставщик должен быть уверен в оплате даже несмотря на то, что де-юре он заключает госконтракт.

Электронный гарант

Перспективным методом решения проблемы электронной витрины при закупках малого объема является развитие баланса прав и обязанностей заказчика, поставщика и оператора электронной площадки. В классической парадигме последний выступает исключительно гарантом надлежащей работы цифровых сервисов, предназначенных для подготовки и проведения закупки. Но именно для малой электронной закупки актуально расширение организационного участия оператора площадки.

В практике индивидуальных закупок B2C маркетплейс является не только сервисом для публикации предложений о продаже товара, но и платежным инструментом, формализующим отношения между продавцом и покупателем. В частности, маркетплейс обеспечивает прохождение оплаты продукции со стороны покупателя и оказывает меры воздействия на продавца в случае задержек поставки или попыток заменить товар на аналог ненадлежащего качества. Не все маркетплейсы справляются с этой ролью равно эффективно, но само по себе подобное распределение полномочий призвано повысить эффективность взаимодействия продавца и покупателя. И, что не менее важно, своеобразное «посредничество» маркетплейса должно обеспечить взаимное доверие между участниками сделки.

Для государственных и муниципальных закупок достижение этой цели тем более важно. А значит, актуальными с точки зрения среднесрочного развития инструментов малой электронной закупки являются те уже существующие на рынке решения, которые предполагают деятельное участие оператора электронной торговой площадки в реализации норм п. 4 ч. 1 ст. 93 Закона № 44-ФЗ.

В чем заключается эта роль?

Для того чтобы обеспечить интересы заказчика и минимизировать риск срыва поставки, оператор ЭТП принимает меры организационного воздействия на недобросовестных поставщиков, не выполняющих обязательства, принятые по итогам малой электронной закупки. Для обеспечения же интересов добросовестных поставщиков оператор ЭТП гарантирует оплату по итогам поставки, причем даже в том случае, когда заказчик по тем или иным причинам медлит с перечислением расчета за поставку: это достигается за счет того, что оператор ЭТП самостоятельно перечисляет оплату поставщику непосредственно после приемки поставленной им продукции и после этого берет на себя получение оплаты от заказчика.

Но и этим роль оператора ЭТП в развитии методологии малой электронной закупки не ограничивается.

Прозрачность и отчетность

Проведение малой закупки в электронной среде позволяет сохранить историю действий заказчика и его отношений с каждым конкретным поставщиком по каждой конкретной малой закупке. Эта имеющаяся по умолчанию функциональность делает возможным автоматизированное формирование отчетности по итогам малых закупок. Отчетность, направленная в ЕИС, выводит малые закупки из серой зоны: логика и прозрачность определения контрагента в порядке п. 4 ч. 1 ст. 93 Закона № 44-ФЗ становится близка к логике и прозрачности классических конкурентных закупок.

Еще в 2025 г. регулятором было анонсирована будущая обязанность заказчика по направлению в ЕИС сведений о контрактах, заключенных с единственным поставщиком по итогам малых закупок. Проведение таких закупок в электронной среде позволит направлять в ЕИС автоматизировано и сведения о заключении контракта, и сведения о его исполнении.

Таким образом, уже сегодня технологические аспекты проведения малых закупок делают этот инструмент и востребованным, и перспективным с точки зрения повышения эффективности контрактной системы. Однако с точки зрения развития регулирования малых электронных закупок в настоящее время есть несколько вопросов, заслуживающих внимания.

Во-первых, не вполне ясен правовой статус предложения поставщика в рамках малой электронной закупки. Является ли это предложение офертой в том же смысле, в каком является офертой заявка на участие в классической конкурентной закупке? И если является, то распространяется ли этот статус на предварительное предложение в рамках закупки «с полки»? Или предложение поставщика — это лишь приглашение заказчику провести переговоры о деталях конкретной поставки?

Во-вторых, если мы признаем за предложением поставщика статус оферты, то в какой момент происходит акцепт этой оферты? Какое действие заказчика можно считать таким акцептом? И есть ли пространство для пересмотра условий поставки по уже акцептованной оферте?

В-третьих, коль скоро акцепт оферты с гражданско-правовой точки зрения является заключением сделки, то требуется ли по итогам малой закупки после этого оформлять контракт в виде единого документа? Или достаточно зафиксировать условия поставки в интерфейсе той ЭТП, на которой проводится малая закупка? И если единый документ все же требуется, то может ли он составляться автоматизировано путем заполнения стандартизированной формы условиями поставки?

В-четвертых, может ли быть реализовано в упрощенном варианте электронное актирование по итогам поставки в том случае, если закупка была проведена в электронной среде в порядке п. 4 ч. 1 ст. 93 Закона № 44-ФЗ?

Эти вопросы юридического характера являются вспомогательными, но при этом важными для проведения малой электронной закупки на практике. А практика проведения малой электронной закупки — это не только еще один инструмент заказчика, но и важный инструмент с потенциалом привлечения широкого круга новых субъектов малого и среднего предпринимательства к государственным и муниципальным закупкам.

И если этот потенциал будет реализован, то одним из важнейших результатов размещения госзаказа станут адресные инвестиции в национальную экономику, ведь именно рынок сбыта для малого и среднего бизнеса служит одним из мощнейших стимулов экономического роста. Сегодня у контрактной системы есть все условия для создания этого стимула. Соединение регуляторных инноваций с уже имеющимися технологическими условиями превращают малую закупку у единственного поставщика в новый эффективный и прозрачный инструмент государственных закупок.

Важно лишь соотносить возможности этого инструмента с областью его эффективного применения. Невозможно и прямо деструктивно проводить все государственные закупки у единственного поставщика, но столь же деструктивно полностью игнорировать этот способ закупки, особенно в тех специфических областях, в которых конкуренция поставщиков невозможна или неуместна. Не случайно перечень оснований для закупки у единственного поставщика закреплен в ч. 1 ст. 93 Закона № 44-ФЗ, и перечень этот постоянно актуализируется. Задача развития уже не только регуляторных норм, но и доктрины и практики контрактной системы состоит в том, чтобы выявлять такие специфические ситуации и предоставлять заказчику в каждой из этих ситуаций возможность выбрать тот инструмент, который действительно обеспечивает и прозрачность проведения закупки, и эффективность удовлетворения реальных хозяйственных потребностей заказчика.

Опубликовано в журнале ПРОГОСЗАКАЗ.РФ, 2026 № 3